Чему нас научили на радиофаке.
Я прихожу на радиофак. Все как обычно: перед крыльцом дымят курильщики, в холле перед раздевалкой общаются тусовщики, на лестничных площадках штудируют свои конспекты двоечники, перед деканатом Олег Александрович Гусев организует на очередное очень важное мероприятие активистов, рядом Сергей Николаевич Шабунин что-то объясняет другим преподавателям, мой однокурсник Олег Иванов с ироничной улыбкой смотрит на очередь за хвостовками.
Все так, только сегодня я пришел на радиофак в роли преподавателя, а мое студенчество закончилось 34 года назад. Если бы я продолжал учиться, то сейчас был бы уже на 39 курсе!
Удивительно, что через столько лет встречаешь людей, с которыми познакомился почти сорок лет назад. Сергей Шабунин уже не молодой преподаватель, а директор института, Олег Иванов теперь — заместитель декана Олег Юрьевич – гроза всех двоечников. Только Гусев не изменился – все такой же оптимистичный и настойчивый замдекана.
В 1983 году наша группа закончила учебу с 10 красными дипломами, четырьмя именными стипендиатами, одним 100-тысячным выпускником УПИ и десятитысячным выпускником радиофака, продемонстрировав не столько наши сверхспособности, сколько умение преподавателей радиофака добрым словом и пистолетом зачеткой загнать нас в светлое будущее.
А началось все в 1978 году. Мы, новоиспеченные студенты вернулись из колхоза, освободив свои мозги от груза школьных знаний на дождливом картофельном поле, и сразу попали в крепкие женские руки Валентины Александровны Табуевой (матанализ) и Надежды Васильевны Быковой (линейная алгебра). Тут начались такие задачи Коши, правила Лопиталя и сразу две теоремы Вейерштрасса, что всем, кому не посчастливилось закончить математическую школу, пришлось сильно напрячься, чтобы было получить все плюсики за контрольные, проставляемые в специальной тетрадке белыми от мела руками Валентины Александровны и Надежды Васильевны, а потом сдать экзамен. Оказывается, студенты до сих пор учатся по методичкам Валентины Александровны. Помните такие в зеленой бумажной обложке? Сейчас, глядя на формулы с массой греческих букв впадаешь в ступор и не верится, что когда-то нам удалось это сдать.
Чтобы голова не перевешивала под весом загруженных в нее знаний все остальные части тела, приходилось ее периодически проветривать свежим воздухом на природе и промывать специальными спиртосодержащими (для стерильности) составами. Вечеринки и походы насколько сблизили нас, что к завершению института из состава группы образовалось три супружеских пары.
После первого курса у нас была практика в Ленинграде (так в те давние времена назывался Санкт-Петербург). За летний месяц, который мы прожили в этом прекрасном городе наша группа успела посмотреть все, что в нем есть интересного и даже съездить в Таллин. Ну а практика на заводе… Она тоже была, но особых воспоминаний не оставила.
Начался второй курс, мы уже считали себя бывалыми студентами, но тут нас ждали новые испытания.
ТАУ — теория автоматического управления – первая специальная дисциплина. Юрий Александрович Барышников спокойно и методично вдавливал в нас знания. От этой мягкой силы невозможно уклониться без угрозы отчисления. Приходится учить.
ТОК – теоретические основы кибернетики. Ирина Николаевна Печорина с удивленной улыбкой смотрела на людей, которые не понимают очевидные вещи, то есть на нас.
Начались занятия на военной кафедре – для радистов клистроны и магнетроны были в порядке вещей, а нам, автоматчикам и асушникам, приходилось верить преподавателям на слово так как разобраться с устройством ламповых усилителей не было никакой возможности. Майор Лубегин, сам бывший выпускник радиофака помогал нам гармонизировать отношения с армией, которые благополучно завершились лагерями и лейтенантским званием.
После второго курса куратор нашей группы Олег Александрович Гусев стал активно загонять нас в светлое будущее. Тройки надо было пересдавать на четверки, четверки на пятерки, и доводить свою зачетку до идеального состояния. Потом зачетка начала работать на нас и по политически важным предметам, таким, как научный коммунизм, философия и история КПСС обладателям хорошей зачетки получить отличные оценки было немного легче.
Вот так, совместными усилиями всех преподавателей наша группа стала одной из лучших не только на радиофаке, но и в УПИ.
Мы были обычными студентами, а вот наши преподаватели были необычными. Ведь они вполне могли бы занять позицию, которую сейчас часто выбирают учителя и преподаватели: «Сколько нам платят – столько мы и работаем». Однако традиции факультета и профессиональная гордость не позволила им это сделать.
Да и сейчас на радиофаке не увидишь равнодушных лиц. Борис Исаевич Клебанов, который был куратором группы у моей жены почти 40 лет назад, все так же полон энергии и увлечен поиском новых технологий управления, как и раньше. Если бы не его помощь, то я, неожиданно оказавшись в роли преподавателя на своем родном факультете, выглядел бы очень бледно в глазах студентов на фоне других преподавателей радиофака. Побыв в шкуре преподавателя, я понял, как непросто заинтересовать студентов своим предметом, заставить разобраться в материале и добиться внятного ответа на зачете.
Спасибо нашим преподавателям и всем сотрудникам факультета, точнее уже института РТФ-ИРИТ за огромную работу по воспитанию нас и многих других поколений радистов.
РТФ – чемпион!
Пожалуйста, обратитесь в редакцию, если вы обладаете фотоматериалами или хотите также поделиться своими воспоминаниями о годах учебы на Радиофаке.
